Весна, кажется, уже прошла, и надо сказать, что профейлила я её практически полностью. Она задела меня лишь по касательной, тогда, когда этого попросту не могло не произойти: в марте, когда меняется характер солнечных лучей, когда ветер начинает говорить о переменах, авитаминоз терзает тело, а психика выделывает такие кульбиты, что кажется, будто душа пытается прогрызть себе путь наружу, к свету. Я замечала открывшиеся листья так, мимоходом, словно наблюдала не рождение нового года, не великую тайну природы, а что-то скучное и обыденное. Я не помню отличий утреннего неба в марте, в начале апреля, в его середине... Я не ходила в парк, и не знаю, как к птичьему многоголосью прибавлялись новые ноты. Я не держала на примете какое-то одно дерево, не ходила к нему смотреть, как набухают почки, как распускаются цветы. Я так и не попбывала в Коломенском, не увидела белого, чистого снега-льда на прошлогодней и новой вперемешку траве. Я даже не знаю, когда цветёт жасмин этого года, в прошлом или в будущем, а о цветении сирени догадалась лишь по веточке за ухом знакомой. И я общаю, что в следующем году, если я всё ещё буду жить, я не позволю весне пройти мимо. Только - сквозь меня. А с жасмином нужно будет проверить.